Для нормативного договора характерно оперативность изменения

Нормативный договор (Понятие и признаки нормативного договора)

Содержание:

ВВЕДЕНИЕ

Коренное изменение общественного строя в нашей стране в 90-х годах прошлого века приводит к изменению взглядов на право. Подчинение праву всего массива общественных отношений предполагает не только внешнюю императивную регламентацию. Все большее распространение получает диспозитивная форма регулирования, развиваются правовые институты, реализующие начала самоуправления, самоорганизации и саморегуляции в правовой сфере. Источником и инструментом такого регулирования является нормативный договор. Договоры «входят» в ткань публичного права, позволяя согласовывать интересы, позиции и действия государств, властных структур, общественных организаций, наций и народностей, слоев общества. Согласованность приобретает смысл нарастающей доминанты в процессах интеграции в современном мире.

Система источников российского права еще полностью не избавилась от «родимых пятен» командно-административной системы и уровень ее цивилизованности явно недостаточен. В этих условиях перед правовой наукой со всей остротой встает вопрос о теоретической разработке ее фундаментальных понятий, выхода на новый уровень исследований. В их ряду достойное место занимает категория нормативного договора. Степень ее изученности неадекватна роли нормативного договора в системе источников права.

Отечественная юридическая наука до сих пор не выработала адекватного определения нормативного договора. Учебная литература ограничивается только упоминанием о вхождении в российскую практику данного источника. Вот почему необходимо уделить существенное внимание его определению, признакам, комплексному исследованию юридической природы во взаимосвязи с другими правовыми и государственными явлениями, с ориентированностью на вызовы социальной и юридической практики.

Исследование проводилось посредством сбора информации по выбранной теме, ее обработке и применению для раскрытия теоретических вопросов, поиска судебной практики. При раскрытии темы курсовой работы использовался системный метод исследования, посредством которого была рассмотрена природа нормативного договора и его виды. Также использовался метод сравнения, метод диалектического материализма, метод сравнительного правоведения; комплексного анализа, системного анализа и другие.

В ходе написания курсовой работы были поставлены следующие задачи:

  • Рассмотреть понятие и признаки нормативного договора;
  • Рассмотреть содержание нормативного договора;
  • Рассмотреть виды нормативных договоров и их особенности.

Цели и задачи исследования определили структуру и логику построения курсовой работы. Она состоит из введения, двух глав, разделенных на параграфы, заключения и списка использованных нормативных правовых актов и литературы.

1. ПРИРОДА НОРМАТИВНОГО ДОГОВОРА

1.1. Понятие и признаки нормативного договора

В настоящее время в научной юридической литературе в зависимости от устанавливаемого правового результата договор рассматривается как источник правовых норм и индивидуальных правовых установлений. То, что договор является индивидуальным правовым установлением, никогда не вызывало принципиальных возражений. Достаточно долго договор считался исключительно частноправовой категорией и применительно к проблематике источников права не рассматривался. В цивилистической науке он традиционно исследовался через призму теории юридического факта. А вот как источник правовых норм договор изначально признавался исключительно наукой международного права, что является естественным в силу специфики международного права. Теперь практически в любой юридической литературе, в том числе и учебной, в качестве источников упоминаются «нормативный договор», «нормативный правовой договор», «договор нормативного содержания», на худой конец «типовой договор». Данные сочетания практически всегда отождествляются своими авторами и упоминаются при обозначении по сути одного и того же правового явления. Современная юридическая наука до сих пор не выработала единого понимания нормативного договора, а значит, данная проблема до сих пор остается актуальной [1] .

Начать исследование нормативного договора следует с истоков идеи разделения договоров. Эта концепция берет свое начало в теории международного права. В науке международного права сложилось три основных подхода к проблеме выделения нормативного договора: 1) отрицание деления договоров и признание всех договоров нормоустанавливающими; 2) отрицание деления договоров и признание всех договоров индивидуальными сделками; 3) признание деления договоров на нормативные и индивидуальные.

С одной стороны, Л. Оппенгейм, Г. Кельзен и др. вообще отвергали такое деление договоров, полагая, что все они направлены на создание особого вида норм права, общих или индивидуальных, то есть являются нормоустанавливающими, и считали такой подход теоретически несостоятельным.

Другие ученые (О. Ниппольд, Э. Зелгман) впадали в противоположную крайность, считая, что международный договор всегда является сделкой или вообще не может устанавливать нормы.

Представляется, что истина все-таки лежит где-то посередине. Так, еще немецкие юристы XIX в. К. Бергбом, Г. Трипель и А. Фердросс хотя и использовали разные понятия, но одинаково сходились на существовании «нормоустанавливающих» договоров или договоров-законов и «договоров-контрактов» или «сделок». Критерием такого разделения выступала цель договора, которая соответственно заключалась в установлении норм или в использовании уже действующих норм. Отечественные международники, стремясь сгладить существующие острые углы, избегая категоричных формулировок, пытались совместить указанные подходы. Так, например, Ф.И. Кожевников считал, что «все договоры имеют в той или иной степени правообразующий характер, поскольку они устанавливают правила поведения, которые их участники обязаны соблюдать» [2] . Но при этом он все же выделял договоры, устанавливающие правила поведения для «целой области отношений между государствами» и «посвященные определенному конкретному вопросу». Этот подход значительно шире предложенных ранее и позволяет сочетать указанные крайние взгляды.

Существующие в науке международного права подходы к пониманию нормативности международного договора привели к возникновению аналогичных взглядов в отечественной теории права. Как частноправовая категория, договор определялся довольно однозначно как соглашение об установлении, изменении или отмене субъективных прав и обязанностей либо правоотношений. Правда, еще в 1946 г. Н.Г. Александров поставил вопрос об изучении нормативного характера договорных установлений.

По аналогии с международным правом в общей теории права можно также указать на наличие трех основных подходов к вопросу об отнесении договора к числу источников права: 1) договор — это исключительно индивидуально-правовой акт, не содержащий в себе нормативных установлений, а значит, не являющийся источником права; 2) любой договор содержит в себе нормы права, так называемые микронормы, а значит, является источником права. Этот наиболее широкий подход к нормативности договора развивается в рамках конвенциональной теории права, вводящей понятие нормативной саморегуляции общества. В рамках третьей концепции, которая представляется наиболее корректной, признается существование индивидуального правового установления, равно как и нормативного договора. Особый интерес представляет позиция ученого первой половины XX в. Ф.В. Тарановского. Признавая деление договоров, в качестве критериев он выдвинул: 1) цель; 2) мотивы сторон; 3) «последствия» договоров [3] . Его взгляды получили дальнейшее развитие в работах Н.Г. Александрова. Для такого деления договоров он считал достаточным лишь одного критерия — «указания на то, что один договор служит основанием возникновения конкретного юридического отношения, а другой — основанием возникновения юридической нормы» [4] .

На сегодняшний день в правовой доктрине существует практически единое мнение по данному вопросу. При построении своих исследований ученые продолжают отталкиваться от правового результата как критерия деления договоров. Так, А.В. Демин на его основании формулирует определение нормативного договора: «договорный акт, устанавливающий правовые нормы (правила поведения), обязательные для формально неопределенного круга лиц, рассчитанный на неоднократное применение, действующий независимо от того, возникли или прекратились предусмотренные им конкретные правоотношения». В.В. Иванов в своем определении также базируется на данном Постановлении. Поскольку на сегодняшний день данное Постановление утратило свою силу в связи с принятием нового Постановления [5] , в котором осталось только понятие нормативного правового акта, аналогичное тому, что было сформулировано в предыдущем акте, некоторые авторы продолжают ссылаться на него как на основание деления договоров.

Но есть и противники такого взгляда. Например, А.Д. Корецкий считает, что по своей сути оба вида представляют собой одно и то же явление — намерение их сторон (участников) совершить определенные, юридически значимые действия в целях реализации конкретных интересов; принципиальное различие состоит лишь в субъектном составе их участников и характере интересов. Кроме того, свои нормативные свойства договор приобретает не автоматически в силу каких-то своих уникальных качеств, а в результате его последующей государственной ратификации высшим законодательным органом страны. И, наконец, с точки зрения самих государств, заключивших нормативный договор, последний является сделкой, а не высшей догмой или законом» [6] .

При существующей тенденции повышения роли договора, характерной для всего современного права, проблема нормативного договора и договорного правотворчества приобретает особое значение. Прежде всего, концепция рассмотрения договора как источника правовых норм представляется более корректной и адекватной существующим общественно-экономическим, политическим и правовым условиям, а также является достаточно удобной как с теоретической, так и с практической точек зрения.

Относительное единство в вопросе выделения нормативного договора из общей массы договоров не означает единого понимания данного правового явления. Как уже говорилось ранее, в учебной и научной литературе зачастую можно встретить самые разнообразные категории, характеризующие, по сути дела, один и тот же источник права — нормативный договор. В одном случае его называют «нормативный договор», «правовой договор», в другом — просто договор, иногда вообще типовой договор, а нередко «договор нормативного содержания» или «договор с нормативным содержанием»; можно встретить и другие сочетания.

Таким образом, независимо от того, как воспринимать договор (как соглашение или правовой акт), сущность нормативного договора сводится к нормоустановлению. Договор нормативного содержания, по сути, представляет собой индивидуальный договор, который урегулирован нормой права и основан на воле конкретных индивидов, потому лишен нормативности.

Рассмотрение договора как источника права неразрывно связано со специфическим признаком нормативности. В большинстве случаев норма воспринимается как продукт волевой, специализированной деятельности различных субъектов нормотворчества, детерминированной объективной реальностью. Кроме того, проблему нормативности чаще всего сводят только к правовой норме, которая является исходным элементом в механизме правового регулирования, хотя к ним также относятся нормы-принципы, нормы-декларации, нормы-определения и т.д. По этой причине приемлемым будет употребление более широких синонимичных понятий, таких как «общеобязательное веление» или «нормативное правовое установление», «предписание».

Правовая наука главным свойством правовой нормы считает ее общий характер. Внешне он предполагает многократность ее применения и распространение действия на неопределенный круг лиц. Такое действие правовой нормы подкрепляется ее общеобязательностью, которая обеспечивается государственным авторитетом, а порой и принуждением. Целью общеобязательности является воспрепятствование актам социальной действительности, влекущим разбалансированность и дезорганизованность социальных связей.

На сегодняшний день такой подход признан верным, но односторонним и обладающим существенной долей субъективизма, а потому неполным. В научных разработках последнего десятилетия нормативность представляется как неизбежное свойство любого социального образования, необходимость которого обусловлена объективными условиями развития общества. Сторонники этой точки зрения констатируют объективную природу нормы, выводя ее за пределы деятельности людей. В связи с этим признаками правовой нормы являются: 1) экономическая, социально-политическая обусловленность; 2) нормальность; 3) повторяемость; 4) типичность; 5) общеобязательность [7] .

Если некоторые установки поддерживаются только реальным применением мер принуждения, они перестают быть объективно обусловленными, а, следовательно, становятся нормативными только по форме, а не по своей природе, теряя содержание и смысл.

Перечень и связь указанных выше объективных признаков нормативности достаточно условен. Но в то же время все признаки нормативности неразрывно связаны друг с другом, они не существуют сами по себе, а являются проявлением единого целого — «социальной нормативности как социального закона, как объективного свойства социальной реальности. » [8] . Таким образом, «нормативность есть первичное, исходное свойство социальной материи, предопределяемое его внутренней потребностью в упорядоченности и способности к самоорганизации» [9] .

Однако все же не стоит умалять роль субъективного фактора, так как объективные процессы не могут существовать бессубъектно. Как отмечал В.С. Нерсесянц, кроме объективного процесса формирования норм существует еще субъективный процесс, связанный с осознанием их формулирования (устно или письменно) соответствующими авторитетными и властными инстанциями коллектива, общества, государства [10] . Такой подход представляется более широким, поскольку рассматривает норму не только как форму, но и ее природу, позволяет преодолеть существующие заблуждения узкого позитивистского подхода, а также гармонично сочетает объективное, обусловленное социальной необходимостью, и субъективное, связанное с «осознанно-целенаправленным процессом формулирования», начала. Понимание дилеммы «объективное-субъективное» позволяет глубже исследовать генезис социальных норм, в том числе и правовых.

Таким образом, обозначим следующие признаки нормативного договора: правовой акт, посредством которого выражаются обособленные согласованные воля и волеизъявление различных субъектов права; в договорных отношениях участвуют стороны, обладающие равным объемом прав и обязанностей (характерно равенство сторон); договор предполагает соглашение сторон по всем существенным его аспектам; стороны несут взаимную ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение принятых обязательств; в нормативном договоре в качестве хотя бы одной из сторон предполагается участие государства и его органов, то есть субъектов публичной власти; предоставительно-обязывающий характер, нормативного договора; нормативный договор содержит правила поведения общего характера; согласно договоренности — субъекты, чьи отношения регулирует нормативный договор, должны издать правовые акты, заключить соглашения, совершить юридически значимые действия; особая, строго формальная процедура заключения нормативных договоров и специальный порядок рассмотрения споров и конфликтов, связанных с их исполнением; официальное опубликование нормативного договора.

Читайте также:  Договор займа понятие юридическая характеристика оформление исполнение кредитный договор

1.2. Классификация и содержание нормативного договора

Особенностью нормативно-правового договора является то, что он регулирует отношения по управлению различного уровня, что отражается на его субъектном составе. Сторонами нормативно-правового договора могут быть: 1) государство или иное публично-правовое образование в лице своих органов; 2) международные организации или транснациональные корпорации; 3) работодатель, 4) иные лица, уполномоченные на согласование и установление норм права.

Отличительной особенностью международно-правового договора является то, что он, будучи одним из основных источников международного права, одновременно выступает источником права ряда отраслей права в зависимости от предмета и метода правового регулирования. В нем наиболее ярко отражается признак согласования воль сторон.

В конституционно- правовых договорах выражается такая особенность, что иногда более корректно говорить не о нормативно-правовом договоре как об акте в целом, определяя его в качестве источника права, а о «частях» нормативно-правового договора, поскольку источниками права являются, по сути, не акты, а конкретные нормы.

Отличительной особенностью административного договора является наиболее яркое проявление признака публичного характера по сравнению с другими видами нормативно-правовых договоров, в связи с тем, что административное правоотношение является публичным по своему характеру и характеризуется спецификой характера юридических связей между субъектами, основанном на властном подчинении одной стороны другой.

В самом общем плане можно выделить три стадии договорного правотворческого процесса: а) подготовка и согласование проекта договора; б) заключение договора; в) введение договора в действие.

Подготовка и согласование проекта договора — первая стадия договорного правотворчества. Инициатива подготовки проекта договора может быть выдвинута как одним, так и несколькими субъектами предполагаемого договора. Разработка исходного текста проекта также может быть осуществлена одной из сторон самостоятельно, но более продуктивной представляется все же совместная разработка. Чем раньше субъекты приступят к согласованию взаимных позиций, а, следовательно, формулировок текста проекта, тем больше вероятность, что их условия воплотятся в установления, которые не будут впоследствии предметом «множественных толкований». Тем более что конечный вариант проекта в любом случае будет выработан на основе различных согласительных процедур (консультаций, переговоров и т.п.) [11] .

На стадии заключения договора происходит подписание соответствующих документов, что является выражением согласия, достигнутого сторонами договора. Возможны и другие формы выражения согласия — к примеру, обмен документами, образующими договор (в международном договорном правотворчестве).

Третья стадия договорного правотворчества — введение договора в действие — включает различные процедуры, совершаемые с уже заключенными договорами для вступления их в юридическую силу: ратификация, утверждение, принятие — для международных договоров; ратификация, регистрация — для отдельных видов внутригосударственных договоров и т.п., а также официальное опубликование или иные способы доведения содержания его норм до адресатов.

Ф.В. Тарановский приводил три случая действия договора как источника права: а) межгосударственные отношения; б) централизация государства — «договоры между родами, племенами, общинами, сословиями, суверенами»; в) «при сильно развитой государственной власти и упрочнившейся монополии государственного законодательства» предусматриваемые диспозитивными законодательными нормами возможности для субъектов права определить свои отношения взаимным соглашением [12] . В последнем случае Ф.В. Тарановский, вероятно, имел в виду использование договора при санкционированном негосударственном правотворчестве.

Ю.И. Гревцов различал нормативно — правовые международные договоры, договоры субъектов Федерации и нормативно — правовые договоры общественных организаций. Отметим, что от договоров он отделял нормативно — правовые акты, принимаемые совместно органами государства и общественными и кооперативными организациями [13] .

Другие авторы предпочитали и предпочитают классифицировать договоры только по отраслевой принадлежности.

По вопросу классификаций договоров следует высказать два соображения. Во-первых, как уже отмечалось, договорный способ правотворчества допустим при всех формах правотворческой деятельности, кроме референдумного правотворчества. Во-вторых, проекция договорного правотворчества на формы правотворческой деятельности не должна увязываться с конкретными целевыми, институциональными, отраслевыми и прочими элементами. Подобное смешение критериев способно лишь запутать вопрос.

Нормативные договоры можно классифицировать по нескольким основаниям. Один критерий мы уже выделили: форма правотворческой деятельности, при которой применяется договор. Следовательно, существуют три группы нормативных договоров: а) между государственными субъектами права (непосредственное государственное правотворчество); б) между государственными и негосударственными субъектами права (совместное правотворчество); в) между негосударственными субъектами права (санкционированное негосударственное правотворчество). В качестве примеров договорных актов, относящихся к первой группе, можно привести межгосударственные договоры, ко второй — соглашения о социальном партнерстве, к третьей — коллективные договоры (в трудовом праве).

Специфика договорного правотворчества, определяющаяся характером договорного акта как оформления выражения согласованных волеизъявлений субъектов права, актуализирует вопрос о классификации нормативных договоров по составу субъектов. Здесь можно выделить равностатусные и разностатусные (неравностатусные) договоры. Первые заключаются между субъектами права, обладающими формально или фактически равным правовым статусом: между государствами, между субъектами федеративных государств, между государственными органами. Вторые — между субъектами права, изначально неравными (вплоть до отношений подчинения) по своему статусу: между федеративным государством и его субъектом, между субъектом федеративного государства и муниципальным образованием, между государственным органом и профессиональными союзами и т.п.

Как пишет А.С. Автономов, «разностатусность участников договора отнюдь не означает их обязательного неравноправия в конкретных отношениях. имеются ситуации, когда, к примеру, Российская Федерация и ее субъекты способны выступать в качестве равноправных договаривающихся сторон. соответствующие договоры могут заключаться. в рамках ст. 72 Конституции РФ» [14] . Действительно, договоры — дополняющие и конкретизирующие конституционное разграничение предметов ведения и полномочий по предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации — можно считать равноправными. Но при этом соглашения, заключаемые в развитие таких договоров (на основании ч. 2 и 3 ст. 78 Конституции [15] ), — о передаче органами исполнительной власти Российской Федерации осуществления части своих полномочий органам исполнительной власти субъектов Российской Федерации — по определению не могут быть равноправными. Не вызывает сомнений, что федеральные органы исполнительной власти при передаче осуществления своих полномочий вправе осуществлять контроль за деятельностью органов исполнительной власти субъектов Федерации в рамках этих полномочий, вплоть до отмены их решений [16] . Обобщив изложенное, приходим к выводу: разностатусные нормативные договоры могут быть как равноправными, так и неравноправными.

В качестве оснований классификационного разграничения также возможно использование различных критериев, отражающих те или иные аспекты действия договорных актов. По предметному действию нормативные договоры можно разделить на учредительные (Соглашение о создании СНГ 1991 г.), статусно — компетенционные (Устав ООН 1945 г.), процессуальные (Венская конвенция о праве международных договоров 1969 г.) и т.п., в зависимости от того, какой именно аспект деятельности тех или иных субъектов права регулируется нормами договоров. Но данная классификация предельно условна, поскольку договором, как и любым иным нормативным актом, могут быть одновременно установлены и нормы — правила, и учредительные нормы, и организационно — компетенционные нормы и т.д.

По своему действию в пространстве нормативные договоры делятся на межгосударственные и внутригосударственные. Среди последних следует выделять общегосударственные (Федеративный договор 1992 г.), межрегиональные (Договор об основах взаимоотношений Красноярского края и Эвенкийского автономного округа 1997 г.), внутрирегиональные (договоры между органами государственной власти субъектов Российской Федерации и органами местного самоуправления). По критерию действия в отношении круга субъектов: договоры общего действия (Договор Российской Федерации и Республики Татарстан 1994 г.) и различные специальные договоры (Соглашение о разграничении полномочий между Правительством РФ и администрацией Красноярского края в сфере развития угольной отрасли на территории Красноярского края 1999 г.). По критерию действия во времени: срочные и бессрочные договоры.

Наконец, нормативные договоры действительно можно делить по отраслевой принадлежности: международные, государственно — правовые («конституционно — правовые»), административные, хозяйственные, финансовые, налоговые, природоресурсные, трудовые и т.д.

Таким образом, после выделения ряда оснований его классификации для указанной части исследования выбран, критерий отраслевой принадлежности. Такой подход позволяет рассмотреть тот или иной вид нормативного договора более обстоятельно, комплексно, а также показать его место в рамках вышеуказанных классификаций.

В условиях возрастающего многообразия предусмотренных в законодательстве типов договоров, комбинации элементов, используемых в конструкции: договорного правоотношения, должна существовать строгая зависимость формы договорных отношений от их содержания, а поведения сторон — от этих элементов. В настоящее время можно констатировать отсутствие единообразия в использовании наименований договора и связи наименования с содержанием. Как правило, использование наименований определяется сложившейся практикой, сферой применения, видовой принадлежностью, но в интересах четкости правоотношений следует стремиться к их унификации.

Специфику того или иного вида нормативного договора необходимо отчетливо представлять и учитывать в процессе их подготовки, принятия, реализации. Поэтому оптимально использовать классификацию нормативных договоров, позволяющую выбирать тот вид договора, который лучше отражает права и обязанности каждой стороны и содержание регулируемых им отношений.

2. ВИДЫ НОРМАТИВНЫХ ДОГОВОРОВ

2.1. Внутригосударственные нормативные договоры

Представляется необходимым остановиться на подробном рассмотрении этого вопроса, поскольку правовая природа договора определяет его специфику, характерные черты и функции.

К настоящему времени в российской юридической науке сложилось два основных подхода к правовой природе корпоративного договора – «обязательственный» и «корпоративный».

Сторонники обязательственного подхода отрицают самостоятельный характер корпоративных договоров и рассматривают их как обычные гражданско-правовые, порождающие договорные обязательства. Это соответствует континентальной модели правовой системы, в которой, по мнению Е.А.Суханова корпоративный договор признается обычной гражданско-правовой сделкой владельцев акций по распоряжению своим имуществом [17] . Такая сделка не порождает никаких изменений корпоративной структуры общества.

К сторонникам этого подхода можно отнести Д.В.Ломакина, который отрицает корпоративный договор, как юридический факт «особого рода» и обосновывает свою позицию тем, что соглашения участников и акционеров не рождают новые корпоративные права, а всего лишь регламентируют процедуру их осуществления [18] .

Такую точку зрения разделяют многие авторы научных исследований последних лет, а также практикующие юристы.

С.П. Степкин относит корпоративные договоры, в частности акционерные соглашения, к новым видам гражданско-правовых договоров, которые имеют специфику в виде субъектов (акционеров) и предмета (акций) и ограничены рамками специального законодательства.

В.А.Хохлов относит корпоративные договоры к особой группе гражданско-правовых договоров, которые имеют организационную направленность и являются инструментом управления. Отмечая специфичность корпоративного договора, он считает, что этот договор соответствует требованиям гражданско-правового договора и к нему должны применяться общие правила о договорах ГК РФ. Свой вывод он подтверждает положениями ст. 307.1 ГК, п. 3 которой предусматривает, что общие положения об обязательствах применяются к требованиям, возникшим из корпоративных отношений, а также п.5 ст.67.2, предусматривающим, что данный договор не создает обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон и содержащим ссылку на ст. 308 ГК РФ. По его мнению, корпоративный договор предопределяет последующие, в частности, договор о голосовании или покупке\продаже акций, а их субъектный состав в дальнейшем может и не совпадать. Служебный характер корпоративного договора проявляется в установлении параметров будущих действий его участников [19] .

Д.А.Степанов, В.А.Фогель и Х.-И.Шрамм в своем сравнительно-правовом исследовании определяют корпоративный договор, как гражданско-правовой, но при этом осложненный корпоративным элементом. Они исходят из того, что корпоративные договоры заключаются в первую очередь не в связи с участием в корпорации, а в связи с тем, что у участников возникает необходимость урегулировать некоторые вопросы ее деятельности. По их мнению, корпоративный договор имеет достаточно высокое правовое значение, так как он может устанавливать внутреннюю структуру непубличного хозяйственного общества. Это позволяет считать его сопоставимым с уставом общества [20] .

Их точку зрения критикует В.К.Андреев, сторонник противоположного, «корпоративного» подхода к пониманию природы корпоративного договора. Исходя из особенностей обязательств по корпоративному договору при исполнении, обеспечении исполнения, а также из ответственности за нарушения договоров и способов защиты корпоративных прав, он рассматривает корпоративный договор, как самостоятельный и равный гражданско-правовому. По его мнению, корпоративное соглашение – это договорный способ управления хозяйственным обществом.

Читайте также:  Договор пожизненной ренты сумма выплат

Е.А.Суханов считает, что такой подход присущ англо-американскому праву, в котором корпоративное соглашение определяет не только распоряжение участниками корпорации принадлежащими им акциями (долями), но и порядок управления делами корпорации. Понятия корпоративного и акционерного соглашения (shareholders agreements) тождественны в англо-американском праве, где термином «share» обозначаются как акции, так и «доли» («паи») 22 .

Корпоративный договор В.К.Андреев называет «внутренним договором предпринимательского права», регулирующим внутренние отношения между участниками хозяйственных обществ. А положения п.6 ст.67.2 приводят его к выводу о том, что корпоративный договор имеет некоторые черты решения собрания и создает конкуренцию решениям высшего органа хозяйственного общества. Возражая Д.А. Степанову, В.А. Фогелю и Х.-И. Шрамму он отвергает их сопоставление договора с уставом общества, отмечая, что поскольку в уставе могут быть закреплены не предусмотренные в Кодексе и в специальном законодательстве права участников, то устав может выступать источником права, чего нельзя сказать о корпоративном договоре [21] .

Сторонницей корпоративного подхода является и В.В. Долинская. По ее утверждению, тот факт, что нормы, регулирующие корпоративный договор, располагаются в ГК РФ в главе «Юридические лица», уже сам по себе говорит о том, что содержание (корпоративные отношения) доминирует над договорной формой. Корпоративный договор является правовым явлением договорным по своей форме, но корпоративным по содержанию.

В. В. Долинская считает, что поскольку стороны, основываясь на свободе договора, в частности положениях п.2 ст.421 ГК РФ, могут заключить не только предусмотренный, но и непредусмотренный законом договор, то это свидетельствует об их участии в правотворчестве. Отсюда она делает вывод о возможности включения корпоративного договора в систему источников права 24 .

И.С. Шиткина, определяя природу акционерных соглашений, приходит к выводу об их двойственности – корпоративно-правовой и обязательственноправовой природе. По ее мнению, это связано с особенностями корпоративных отношений, в первую очередь с тем, что в них присутствует элемент управления. Она согласна с В.К.Андреевым в том, что корпоративный договор не является источником права, поскольку он не содержит норм, обязательных для всех участников общества, а регламентирует отношения только между участниками, заключившими договор [22] .

Двойственную природу корпоративного договора отмечает и А.В. Асосков. Хотя в отечественном праве преобладают элементы обязательственноправовой модели корпоративных договоров, тем не менее, отдельные условия договоров оказывают влияние на корпоративные отношения, так они могут предусматривать изменения в структуре органов общества и в их компетенциях, а также устанавливать порядок принятия решений органами юридического лица. Размещение коллизионных правил о корпоративных договорах в ст.1214 ГК РФ, находящейся среди статей, определяющих право, применимое к договорным обязательствам, по его мнению, также подтверждает признание законодателем договорной природы таких соглашений 26 .

Основной причиной дискуссии вокруг правовой природы корпоративного договора является то, что при создании российской модели были использованы положения как континентальной, так и англо-американской правовых систем.

Наиболее характерные черты континентальной модели отражены, в частности, в немецком праве, в соответствии с которым корпоративный договор имеет гражданско-правовую природу и рассматривается, по сути, как аналог договора простого товарищества 27 .

В континентальной модели предусмотрено соответствие корпоративного договора уставу общества (причем последний имеет приоритет) и отсутствие противоречий с законодательством, распространение обязательств по договору только на его стороны, договор не может обязывать его участников голосовать по указанию общества или правления, а также содержать положения, определяющие порядок управления деятельностью общества, в договоре не могут быть установлены правила, которые в соответствии с требованиями законодательства должны быть отражены в уставе. Сторонами договора могут быть не только участники общества, но и третьи стороны, а также само общество, при этом органам управления запрещено влиять на решения участников [23] .

В англо-американской, «корпоративной», модели предусмотрено несколько видов корпоративных договоров. Это могут быть «voting trusts» — так называемое «доверительное голосование», при котором доверенному лицу предоставляется право голоса от имени доверителей, «voting agreements» (или как чаще их называют «pooling agreements») — соглашения между акционерами корпорации, предназначенные для объединения голосов с целью согласованных действий и «shareholder’s agreements» — акционерные соглашения в закрытых корпорациях. Традиционно американское корпоративное законодательство, как отмечает Е.А.Суханов, ориентировалось на регулирование публичных корпораций, а положения о закрытых обществах появились в нем только во второй половине прошлого века. В 1984 г. было принято приложение к основному федеральному закону (Model Statutory Close Corporation Supplement), в соответствии с которым внутренние правила закрытой корпорации могли быть заменены заключенным ее участниками корпоративным соглашением [24] .

Классическая модель «shareholder’s agreements» обладает достаточно широким кругом действия. Типовой Закон о коммерческой корпорации(«Model Business Corporation Act») от 2002 г. Предусматривает, что устав общества может быть изменен в соответствии с соглашением акционеров, соглашение может устанавливать порядок назначения и отстранения должностных лиц корпорации, ограничивать полномочия совета директоров, регулировать вопросы разделения голосов, также соглашение может включать в себя положения о передаче акционерами части полномочий по осуществлению своих корпоративных прав или по управлению делами корпорации, в частности по разрешению тупиковых ситуаций. При этом срок действия таких соглашений определен в 10 лет и его действие прекращается в случае превращения корпорации в публичную [25] .

Что касается публичных компаний, то в них корпоративные договоры практически не заключаются, поскольку права акционеров регламентированы и защищены позитивным законодательством в достаточной мере, исключающей необходимость использования договорных механизмов [26] .

Таким образом, существуют различия в подходах континентальной и англо-американской системах права к пониманию правовой природы корпоративного договора и продиктованы они различными взглядами на природу юридических лиц. Континентальное право относит корпоративный договор к обыкновенным гражданско-правовым договорам, имеющим обязательственно-правовую природу, и обязательными только для их сторон.

Англо-американское право исходит из договорной теории юридических лиц и рассматривает корпоративный договор как корпоративный акт, облеченный в договорную форму и имеющий приоритет перед уставом.

В целом отечественная концепция корпоративного договора совпадает с подходом, принятым в континентальных правовых системах. Так, в соответствии со ст.67.2 ГК РФ в корпоративном договоре не могут быть прописаны положения, обязывающие участников общества голосовать в соответствии с указаниями органов общества, также не допускаются соглашения, определяющие структуру и компетенцию органов общества, сторонами договора могут быть только участники (или, в отдельных случаях, учредители) общества, для лиц, не являющихся сторонами договора, он не создает никаких обязанностей.

Однако некоторые положения новой редакции ГК соответствуют англосаксонской правовой модели. Например, из п.4 ст.66.3 ГК РФ следует, что в корпоративный договор могут быть включены положения, перечисленные в п.3, в том случае, если они не подлежат обязательному включению в устав непубличного общества. К их числу законодатель относит положения о структуре и компетенции отдельных органов общества; о составе, порядке формирования и проведения заседаний органов управления общества, а также об определении его компетенции; о порядке осуществления преимущественного права покупки доли (части доли) в уставном капитале обществ и иные положения. Таким образом, в непубличном обществе корпоративный договор, заключенный всеми участниками общества, может быть сопоставим с уставом общества. Это вполне соответствует англоамериканской правовой системе, в которой корпоративный договор «становится вторым уставом» [27] .

Кроме того, ст. 66 ГК РФ определяет возможность расширения объема правомочий и ответственности участников общества и их закрепление в корпоративном договоре, ст. 66.3 ГК РФ предусматривает деление акционерных обществ на публичные и непубличные, положения ст.67.2 ГК РФ и специального законодательства, регулирующие корпоративные договоры, дают возможность предусмотреть в корпоративном договоре обязанность участников общества голосовать определенным образом, согласовывать вариант голосования с другими участниками, а также обязанность осуществлять действия, связанные с управлением обществом, с его деятельностью, реорганизацией и ликвидацией. Следовательно, правовые последствия заключенного корпоративного договора могут влиять на корпоративные отношения и определять их содержание в рамках хозяйственного общества.

Таким образом, все вышесказанное позволяет прийти к выводу о смешанной природе корпоративного договора, регулируемого действующим законодательством. Результатом реформы ГК явилось закрепление в ГК и специальном законодательстве континентальной модели корпоративных договоров, с одновременным введением отдельных положений англоамериканской модели корпоративных соглашений (например, положений корпоративных договоров, заключаемых всеми участниками непубличных хозяйственных обществ).

Договорная форма российской модели корпоративного договора регулируется общими положениями гражданского права, в то время как корпоративное содержание определяет регулирование корпоративными нормами.

Что касается возможности отнесения корпоративного договора к источникам права, то это вопрос дискуссионный. Договор может быть источником права, но для этого он должен содержать определенные нормы права [28] . Норма права – это исходящее от государства и им охраняемое общеобязательное, формально определенное предписание, выраженное в виде правила поведения или отправного установления и являющееся государственным регулятором общественных отношений. [29]

В отличие от норм права положения корпоративного договора имеют локальный характер, исходят от его участников и ими же могут изменяться, регулируют отношения только между лицами, его заключившими, обязательны только для его сторон и не распространяются на остальных участников хозяйственного общества или на третьи лица (например, новых участников при продаже акций/долей), сфера применения договора имеет значительные ограничения, предусмотренные п.2 ст.67.2 ГК, кроме того, в непубличном обществе содержание договора является строго конфиденциальным. Исходя из этого, не представляется возможным относить корпоративные договоры к источникам права. Хотя некоторые авторы считают корпоративный договор источником регулирования корпоративных отношений и относят его к нормодоговорам локального уровня.

2.2. Международные нормативные договоры

Помимо общепризнанных норм и принципов статья 15 Конституции также упоминает о международных договорах РФ, которые обладают приоритетом по отношению к законам РФ.

Международный договор определен в Венской конвенции как международное соглашение, заключенное между государствами и/или другими субъектами международного права в письменной или устной форме и регулируемое международным правом, независимо от того, содержится ли такое соглашение в одном или нескольких документах, а также независимо от его конкретного наименования. Международные договоры могут иметь самое различное наименование (пакт, конвенция, протокол, соглашение и т.д.); юридическая сила договора, как это подчеркивается Конвенцией, не зависит от его наименования. Похожее понятие «международного договора» было закреплено в статье 2 ФЗ «О международных договорах РФ», согласно которой «международный договор – соглашение, заключенное РФ с иностранным государством (вами), международной организацией либо с иным образованием, имеющим право заключать международные договоры».

Существуют следующие виды международных договоров:

— Межгосударственный договор (Консульский договор между РФ и КНР, вступил в силу 23.10.2003 г.)

— Межправительственный договор (Соглашение между Правительством РФ и Правительством Республики Армения о добровольном переселении, вступило в силу 04.03.1999 г.)

— Договор межведомственного характера (Соглашение о сотрудничестве между МВД РФ и МВД Азербайджанской Республики, вступило в сиу 19.04 1996 г.)

Проблемным является вопрос относительно применения международных договоров в России и их соотношения с законами РФ. Что касается применения международного договора в России, то п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 г. N 5 указывает: «Согласно части 3 статьи 5 Федерального закона «О международных договорах Российской Федерации» положения официально опубликованных международных договоров Российской Федерации, не требующие издания внутригосударственных актов для применения, действуют в Российской Федерации непосредственно. Для осуществления иных положений международных договоров Российской Федерации принимаются соответствующие правовые акты».

К признакам, свидетельствующим о невозможности непосредственного применения положений международного договора Российской Федерации, Постановление относит, в частности, содержащиеся в договоре указания на обязательства государств-участников по внесению изменений во внутреннее законодательство этих государств. Далее в Постановлении приводится прямое определение договора, который может непосредственно применяться при рассмотрении судом гражданских, уголовных или административных дел. Это международный договор, который вступил в силу и стал обязательным для Российской Федерации и положения которого не требуют издания внутригосударственных актов для их применения и способны порождать права и обязанности для субъектов национального права.

Таким образом, государственный орган Российской Федерации, намеревающийся применить тот или иной международный договор, окажется перед необходимостью решить ряд вопросов относительно свойств этого договора. Таким образом, для вступления в силу договор должен отвечать некоторым требованиям, после выполнения которых, он может действовать в национальной правовой системе. С.Ю. Марочкинк таковым относит:

Читайте также:  Как разделить платежи по договору

— признание обязательности норм договора;

— вступление договора в силу;

— отсылочные нормы к международному праву в законодательстве РФ (это обязательные условия);

— а также дополнительные условия (например, приказы министерств и ведомств).

Соответственно только договор, отвечающий этим условиям, может быть источником внутреннего права.

Следует сказать, что согласно ст. 6 закона «О международных договорах РФ» международными договорами РФ являются те соглашения, применительно к которым РФ оформила свое участие, выразила свое согласие. Здесь речь идет о ратифицированном международном договоре. Именно такой договор выступает в качестве источника российского права.

Только в момент ратификации международного договора Россия принимает на себя все обязательства по нему. Закон выдвигает следующие требования к содержанию предложения о ратификации:

— оно должно содержать копию официального текста международного договора;

— обоснование целесообразности его ратификации;

— определение соответствия международного договора законодательству Российской Федерации и в первую очередь Конституции РФ;

— оценку возможных финансово-экономических и иных последствий ратификации международного договора.

Часть 6 ст. 125 Конституции РФ закрепляет положение о том, что не соответствующие Конституции РФ международные договоры Российской Федерации не подлежат введению в действие и применению.

Таким образом, приоритет международных договоров не распространяется на Конституцию РФ. Интересно, что, если международный договор не вступил в силу, а РФ выразила согласие на обязательность для нее этого договора, то этот договор не будет входить в ее правовую систему.

Еще один интересный момент связан с тем, что международное право допускает возможность заключения международного договора в устной форме. Но в силу п. а ст. 2 ФЗ «О международных договорах РФ» признанными являются только письменные соглашения.

Таким образом, с нарастанием процессов демократизации произошел пересмотр места международного договора в национальной системе права. Все более заметным становится тесное взаимодействие национальной и международной правовых систем: международно-правовые нормы и договоры признаются частью правовой системы России. Но стоит учесть, что только ратифицированные международные договоры признаются частью системы российского права. Также следует учесть, что Конституция имеет приоритет перед международным договором – противоречащий ей договор не вступает в силу на территории России.

Так, можно сказать, что приоритет международного договора над законом при наличии ратификации позволяет обеспечить национальные интересы, оберегая внутригосударственную систему от несанкционированного действия противоречащих закону международных договоров.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

В заключении подведем итоги и сделаем соответствующие выводы.

Нормативный договор — это правовой акт, посредством которого выражаются обособленные согласованные воля и волеизъявление различных субъектов права; в договорных отношениях участвуют стороны, обладающие равным объемом прав и обязанностей (характерно равенство сторон); договор предполагает соглашение сторон по всем существенным его аспектам; стороны несут взаимную ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение принятых обязательств; в нормативном договоре в качестве хотя бы одной из сторон предполагается участие государства и его органов, то есть субъектов публичной власти; предоставительно-обязывающий характер, нормативного договора; нормативный договор содержит правила поведения общего характера; согласно договоренности — субъекты, чьи отношения регулирует нормативный договор, должны издать правовые акты, заключить соглашения, совершить юридически значимые действия; особая, строго формальная процедура заключения нормативных договоров и специальный порядок рассмотрения споров и конфликтов, связанных с их исполнением; официальное опубликование нормативного договора.

В связи с этим признаками правовой нормы являются: 1) экономическая, социально-политическая обусловленность; 2) нормальность; 3) повторяемость; 4) типичность; 5) общеобязательность

Сторонами нормативно-правового договора могут быть: 1) государство или иное публично-правовое образование в лице своих органов; 2) международные организации или транснациональные корпорации; 3) работодатель, 4) иные лица, уполномоченные на согласование и установление норм права.

Можно выделить три стадии договорного правотворческого процесса: а) подготовка и согласование проекта договора; б) заключение договора; в) введение договора в действие.

Существуют три группы нормативных договоров: а) между государственными субъектами права (непосредственное государственное правотворчество); б) между государственными и негосударственными субъектами права (совместное правотворчество); в) между негосударственными субъектами права (санкционированное негосударственное правотворчество).

Коллективный договор является одним из самых древних корпоративных актов. Труд, по существу, стал наемным, возник рынок труда, законами которого и должны, прежде всего, регулироваться трудовые отношения. Кроме того, набирают вес нормативные соглашения, устанавливающие общие принципы согласованного проведения социально-экономической политики, оплату и условия труда, социальные гарантии для работников отрасли (профессиональных групп) регулирующие вопросы занятости. Условия соглашений носят общеобязательный характер и распространяются, на работников, работодателей, органы исполнительной власти, которые уполномочили конкретных участников разработать и заключить соглашения от их имени.

Коллективные договоры и соглашения как правовое акты являются разновидностями нормативных договоров и содержат правовые нормы, регулирующие общественные отношения, относящиеся к предмету трудового права и признаются его источниками.

Международный договор порождает ряд правоотношений, к которым относятся отношения, регулируемые нормами международного права, а также и внутригосударственные правоотношения. Во внутригосударственных отношениях участвуют органы государственной власти, субъекты федерации, органы местного самоуправления, а в некоторых случаях юридические и физические лица. Однако сам международный договор налагает обязательства на государство в целом, а не его отдельные органы, физических и юридических лиц. В процессе реализации договора государство определяет механизмы, которые следует задействовать для выполнения международных обязательств.

В настоящее время реализация международных договоров РФ законодательно не урегулирована, основная масса вопросов разрешается практикой органов власти, а население нередко вообще не знает о международных договорах, которые затрагивают их права и свободы. Современные условия диктуют необходимость выверенных подходов к выполнению международных договоров, их законодательное отражение.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ

  1. Конституция Российской Федерации: принята всенародным голосованием 12.12.1993 г. // Рос. газ. 1993. 25 дек.
  2. О международных договорах: ФЗ от 15.07.1995 г. // СЗ РФ. 1995. № 29. Ст.2757.
  3. Трудовой кодекс Российской Федерации: от 30 дек. 2001г. № 97-ФЗ // СЗ РФ. 2002. № 1 (ч. 1). Ст. 3.
  4. О некоторых вопросах, возникших в связи с принятием и введением в действие Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации: Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 января 2003 г. № 2 // Российская газета. 25.01.2003.
  1. Автономов А.С. Правовая онтология политики: к построению системы категорий. М., 2018. — 445 с.
  2. Александров Н.Г. К вопросу о роли договора в правовом регулировании общественных отношений. М. 2018. – 71 с.
  3. Байтин М.И. Сущность права (Современное нормативное понимание на грани двух веков). Саратов, 2010. — 250 с.
  4. Балданов Б.Б. Место международно-правовых договоров в системе источников российского права // История государства и права. — 2010. — № 11. -С. 2 — 4.
  5. Барциц И.Н. Международное право и правовая система России // Журнал российского права. — 2018. — № 2. — С. 21-28.
  6. Васечко А.А. Природа нормативного договора // История государства и права. — 2018. — № 2. — С. 78-80.
  7. Венгеров А.Б. Теория государства и права. М.: Юриспруденция, 2018. — 488 с.
  8. Гайворонская Я.В. Концепция нормативности права в отечественном правоведении (советский и постсоветский периоды): Дис. . к.ю.н. СПб., 2018. — 190 с.
  9. Иванов В. В. К вопросу о теории коллективного договора// Журнал российского права. — 2018. — № 7. — С. 88-90.
  10. Комментарий к Конституции Российской Федерации / Гл. ред. Л.А. Окуньков. М., 2010. — 850 с.
  11. Конституция Российской Федерации: научно — практический комментарий / Под ред. Б.Н. Топорнина. М., 2017. — 582 с.
  12. Корецкий А.Д. Теоретико-правовые основы учения о договоре. М., 2018. — 390 с.
  13. Курс международного права / Отв. ред. Ф.И. Кожевников. М., 2017. — 620 с.
  14. Лукашева Е.А. Право. Мораль. Личность. М., 2017. — С. 14 — 15.
  15. Нерсесянц В.С. Право в системе социальной регуляции. М., 2018. — 190 с.
  16. Теория государства и права / Отв. ред. А.М. Королев, Л.С. Явич. Л., 2018. — 780 с.
  17. Трудовое право России/ Под ред. Ю.П. Орловского. М.: Норма, 2018. — 775 с.

    Венгеров А.Б. Теория государства и права. М.: Юриспруденция, 2018. С. 115. ↑

    Курс международного права / Отв. ред. Ф.И. Кожевников. М., 2017. С. 331. ↑

    Тарановский Ф.В. Энциклопедия права. Берлин, 1923. С. 152. ↑

    Александров Н.Г. К вопросу о роли договора в правовом регулировании общественных отношений. М. 2018. С. 71. ↑

    О некоторых вопросах, возникших в связи с принятием и введением в действие Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации: Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 января 2003 г. № 2 // Российская газета. 25.01.2003. ↑

    Корецкий А.Д. Теоретико-правовые основы учения о договоре. М.,2018. С. 43. ↑

    Васечко А.А. Природа нормативного договора // История государства и права. 2018. № 2. С. 78. ↑

    Гайворонская Я.В. Концепция нормативности права в отечественном правоведении (советский и постсоветский периоды): Дис. . к.ю.н. СПб., 2018. С. 160. ↑

    Лукашева Е.А. Право. Мораль. Личность. М., 2017. С. 14 — 15. ↑

    Нерсесянц В.С. Право в системе социальной регуляции. М., 2018. С. 16. ↑

    Байтин М.И. Сущность права (Современное нормативное понимание на грани двух веков). Саратов, 2010. С. 112. ↑

    Тарановский Ф.В. Энциклопедия права. Берлин, 1923. С. 151. ↑

    Теория государства и права / Отв. ред. А.М. Королев, Л.С. Явич. Л., 2018. С. 242. ↑

    Автономов А.С. Правовая онтология политики: к построению системы категорий. М., 2018. С. 84. ↑

    Рос. газ. 1993. 25 дек. ↑

    Конституция Российской Федерации: научно — практический комментарий / Под ред. Б.Н. Топорнина. М., 2017. С. 462. ↑

    Суханов, Е.А. Уставный капитал хозяйственного общества в современном корпоративном праве/Е.А. Суханов // Вестник гражданского права. – 2012. – № 2 . – С. 4 — 35 ↑

    Ломакин Д.В. Договоры об осуществлении прав участников хозяйственных обществ как новелла корпоративного законодательства/ Д.В. Ломакин // Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ. – 2009. – N 8. – С. 10 ↑

    Хохлов, В.А. Корпоративный договор как организационный договор российского права [Электронный ресурс] / В.А. Хохлов // Режим Доступа:file:///C:/Users/admin/Downloads/korporativnyy-dogovor-kakorganizatsionnyy-dogovor-rossiyskogo-prava.pdf ↑

    Степанов, Д.А.,Фогель В.А, Шрамм, Х.-И., Корпоративный договор: подходы российского и немецкого права к отдельным вопросам регулирования [Электронный ресурс] /Д.А. Степанов, В.А. Фогель, Х.-И. Шрамм // Режим Доступа: http://www.szrf.ru/issuepdf/2012/07_2012010000.pdf ↑

    Андреев В.К., Лаптев В.А., Корпоративное право современной России : Монография. – Москва : Проспект, 2017. – С. 161-173. 24 Долинская, В.В. Корпоративный договор [Электронный ресурс] /В.В. Долинская// Доступа: http://base.garant.ru/57299888/ ↑

    Шиткина, И.С.Соглашения акционеров (договоры об осуществлении прав участников) как источник регламентации корпоративных отношений / И.С. Шиткина// Хозяйство и право. – 2011. – № 2. – С.37. ↑

    Степанов Д.А.,Фогель В.А, Шрамм, Х.-И., Корпоративный договор: подходы российского и немецкого права к отдельным вопросам регулирования [Электронный ресурс]/Д.А. Степанов, В.А. Фогель, Х.-И. Шрамм// Режим Доступа: http://www.szrf.ru/issuepdf/2012/07_2012010000.pdf ↑

    Варюшин, М.С. Гражданско-правовое регулирование корпоративных договоров: сравнительный анализ : дис. … канд. юр. наук : 12.00.03 / Варюшин Михаил Сергеевич. – Москва, 2015. – С. 17 ↑

    Артамкина, Е.В, Особенности американской модели корпоративного договора [Электронный ресурс] / Е.В. Артамкина// Проблемы эффективности права в современной России: материалы Междунар. науч.-практ. конф.: в 2 т. – Краснодар: Кубанский гос. ун-т. – 2016. ↑

    Варюшин, М.С. Гражданско-правовое регулирование корпоративных договоров: сравнительный анализ : дис. … канд. юр. наук : 12.00.03 / Варюшин Михаил Сергеевич. – Москва, 2015. – С. 25. ↑

    Варюшин, М.С. Гражданско-правовое регулирование корпоративных договоров: сравнительный анализ : дис. … канд. юр. наук : 12.00.03 / Варюшин Михаил Сергеевич. – Москва, 2015. – С. 84 ↑

    Шиткина, И.С.Соглашения акционеров (договоры об осуществлении прав участников) как источник регламентации корпоративных отношений / И.С. Шиткина// Хозяйство и право. – 2011. – № 2. – С.37. ↑

    . Матузова Н. И,. Малько. А. В. Теория государства и права: Курс лекций / Под ред. Н. И. Матузова, А. В. Малько. //Москва: Юрист, 2001. – С. 360 ↑

    При копировании любых материалов с сайта evkova.org обязательна активная ссылка на сайт www.evkova.org

    Сайт создан коллективом преподавателей на некоммерческой основе для дополнительного образования молодежи

    Сайт пишется, поддерживается и управляется коллективом преподавателей

    Telegram и логотип telegram являются товарными знаками корпорации Telegram FZ-LLC.

    Cайт носит информационный характер и ни при каких условиях не является публичной офертой, которая определяется положениями статьи 437 Гражданского кодекса РФ. Анна Евкова не оказывает никаких услуг.

    Источник

Поделиться с друзьями
МальтаВиста