Что такое имущественное заявление не подлежащее оценке



«Магия» слов в арбитражной практике

В продолжение разговора о процессуальных особенностях решений по искам о передаче имущества – несколько фрагментов рассуждений, выражающих субъективное мнение по узкому вопросу текущей судебной практики.

А «магия» — потому, что подчас не находятся рациональные объяснения значений, которыми наделяются слова, прямо относящиеся к теме обсуждения.

Имущественный иск (Фрагмент 1).

(Не)имущественность как свойство иска, связанного с передачей вещи.

Поводом для прежних моих сообщений на Закон.ру о качестве решений арбитражных судов по виндикационным искам[1] стало отсутствие единообразия в изложении резолютивной части таких судебных актов. Дальнейшее изучение процессуальных аспектов практики рассмотрения исков собственника, утратившего владение вещью, показало, что отмеченная вариативность формулировок приказа суда – это, образно говоря, симптом болезни; проблема гораздо шире и глубже. Достаточно отметить, что аналогичные трудности с оформлением решений характерны и для обязательственно-правовых исков, связанных с передачей имущества.

Что же касается причин, в частности, а) откровенной неразберихи с формулированием резолютивной части решений, связанных с передачей имущества, б) произвольного применения отдельных норм АПК РФ, в) смешения исков (и, соответственно, решений) вещных и обязательственных, имущественных и неимущественных, то они, пожалуй, были мною лишь обозначены.

Если более подробно говорить о причинах и возможных путях разрешения проблемы, то начать, думаю, следует с характеристик соответствующего иска, поскольку решение в обсуждаемом смысле – вторично. Это – ответ суда на конкретный вопрос истца.

Пленум ВС РФ в пункте 5 постановления от 19.12.2003 №23 «О судебном решении» подчеркнул: «Согласно части 3 статьи 196 ГПК РФ суд принимает решение только по заявленным истцом требованиям». Но для этого суд должен понять характер требования.

Ограничение процессуальным законом возможностей суда (даже при его желании) повлиять на «правильность» формулировки искового требования в конкретном деле осложняется отсутствием самих правил. В результате содержание резолютивной части решения, в конечном счёте, определяется словосочетанием просительного пункта искового заявления.

Именно поэтому потребовалось обратиться к иску, а конкретно, изучить взаимосвязь его характера и формулировки просительного пункта искового заявления.

С учётом результатов сравнительного анализа содержания множества решений по вещным и обязательственным требованиям, связанным с передачей имущества, среди прочих характеристик иска хотелось бы, в первую очередь, обратить внимание на признак «имущественность».

Это свойство иска, как представляется, имеет прямое отношение к норме ч.2 ст.171 АПК РФ, несоблюдение императивных требований которой стало, увы, обыденностью. В частности, названная норма упоминает стоимость (имущества), т.е. категорию, имеющую денежное выражение, что, казалось бы, предполагает имущественный характер иска, результат рассмотрения которого подлежит оформлению судебным решением по правилам части 2 статьи 171.

Изучение терминологической проблемы применения указанной нормы по материалам судебной практики выявило множество взаимосвязанных вопросов материально-правового и процессуального свойства, которые на сегодня не имеют однозначных ответов, что в совокупности мешает получить целостную картину. И все они, замечу, так или иначе, связаны с категорией «имущественность», которая обычно соотносится с процессуальным понятием «цена иска» и на практике служит для классификации исков на две группы: «имущественные» и «неимущественные».

а) Согласно ч.1 ст.103 АПК, например, иск «об истребовании имущества» имеет цену, которая определяется стоимостью искомого имущества. То есть, иск об истребовании имущества суть «имущественный». По правилам Налогового кодекса РФ цена такого иска служит основой для расчёта пропорциональной госпошлины. При удовлетворении иска стоимость имущества должна быть указана в решении.

Если же, как это часто бывает, истец не указал цену иска, уплатил простую пошлину (в твёрдой ставке) и, вдобавок, само требование сформулировал, использую оборот «обязать передать», то возникает вопрос: сохраняется ли в результате, не то, что имущественный характер, но сама природа виндикационного иска?

б) По требованию невладеющего собственника о возвращении объекта недвижимости практика давно «освоила» неимущественные иски о выселении и об обязании должника освободить помещение, здание. Ладно бы, в решениях поддерживалась, например, точка зрения проф. Суханова Е.А. о квалификации подобных требований как негаторных, но нет – во всех этих случаях суд признаёт иски виндикационными, ссылается на ст.301 ГК. При этом решение копирует «обязывающую» формулировку иска, не содержит указания стоимости имущества, зато устанавливает срок исполнения решения и соглашается с уплатой истцом госпошлины в твёрдой ставке.

Каков характер решения об удовлетворении такого виндикационного иска? Будет ли оно отличаться от решения по обязательственному иску арендодателя о выселении арендатора?

в) Принято считать, что иск о присуждении к исполнению в натуре обязанности, в частности, передать вещь цены не имеет. Более того, согласно НК РФ, такое требование вообще лишено имущественного содержания. Впрочем, нет, не «вообще», а только в арбитражном судопроизводстве такой иск кредитора считается «неимущественным».

Так же по-разному оценивается в арбитражном и гражданском процессе «имущественность» реституционных требований — как денежных, так и «вещественных».

Как при этом обеспечить пресловутое единообразие практики, если теперь вышестоящая инстанция у судов арбитражных и общей юрисдикции одна и та же?

Какой — в обсуждаемом смысле – характер имеет иск о взыскании денежных средств, который, являясь безусловно имущественным (ст.103 АПК), в то же время, как частный случай требования о присуждении к исполнению обязательства в натуре, не имеет имущественного содержания (НК РФ)? Что же получается: иск о взыскании «основной задолженности» и связанное с ним по основанию требование о процентах или неустойке – с точки зрения их «имущественности» — принципиально разные вещи?

Читайте также:  Бухгалтерская справка где находится

г) Упоминание в ч.2 ст.171 АПК стоимости имущества связывается с возможностью при известных условиях заменить взыскание присуждённого имущества на взыскание его стоимости. (Или же, наоборот, применение в этой части общих положений ст.324 АПК обосновывается присутствующей в статье 171 оговоркой про стоимость имущества.)

Является ли решением о «присуждении имущества» судебное обязание ответчика в установленный судом срок «исполнить в натуре обязательство по поставке» с установлением судебной неустойки на случай неисполнения?

Предполагается ли исполнение такого решения силами судебного пристава-исполнителя путём изъятия имущества у должника и передачи его взыскателю?

Можно ли при исполнении такого решения заменять передачу отсутствующего имущества на взыскание его стоимости по правилам ст.324 АПК?

д) Отстаивающим «астренто-пригодность» решения по виндикационному иску адресую вопросы о соотношении, «взаимопроникновении» элементов косвенного и прямого принуждения в процессе исполнения такого судебного акта, о «конкуренции» действий должника и судебного пристава-исполнителя.

Учитывая сказанное, наверное, будет к месту вспомнить «Случайные заметки» С.Г.Громачевского, опубликованные в «Журнале Министерства юстиции» за 1908 год. Приводимые автором частные примеры из гражданской практики меня не заинтересовали, а вот копию странички из 6-го номера журнала с предисловием к этому материалу храню много лет. Процитирую этот отрывок с небольшими купюрами.

«Предлагаемые заметки касаются (…) разных мелких, маленьких вопросов, не могущих идти ни в какое сравнение с кардинальными и принципиальными вопросами права и судопроизводства. Но и маленькие вопросы настоятельно требуют своего разрешения, а, когда их набирается много или когда они повторяются часто, они становятся надоедливы, как мухи, увеличивают трение в судебном механизме и не дают возможности сосредоточиться на вопросах более важных. (…) По этим маленьким, но насущным вопросам, прямого разрешения которых нельзя найти ни в законе, ни в сенатской практике и разрешение которых практикою судов является и неустойчивым, и не единообразным, и часто приводит к серьёзным недоразумениям. (…) Наша цель – поставить лишь эти вопросы, присоединить к ним посильные с нашей стороны замечания и вызвать обмен мнений, в надежде, что этим путём будет достигнуто и самое решение вопросов».

Посчитал целесообразным продолжить рассуждения о содержании судебного решения об удовлетворении иска, предмет которого связан с имуществом, «подлежащим передаче истцу».

При этом субъективное представление о существующем положении вещей по обозначенной проблеме, основанное на текущем изучении судебной практики, вынуждает проговаривать, казалось бы, очевидные вещи, «читать вслух» вузовские учебники, кодексы и комментарии к ним. Постараюсь излагать ход рассуждений максимально подробно, памятуя высказывание Люка Вовенарга (фр. Luc de Clapiers, marguis de Vauvenargues): «Вырази ложную мысль ясно, и она сама себя опровергнет».

По ходу повествования – цитаты из общедоступных литературных источников, которые, к слову, не ранжировал по «весу» авторов публикаций.

Поскольку текст получается весьма объёмным, размещаю его частями.

Виндикация – неимущественный иск

Вопросу о соотношении характеристик «имущественный» и «неимущественный» ранее было уделено внимание при изучении терминологии резолютивной части решений по материалам арбитражной практики рассмотрения виндикационных исков.[2]

При этом, в частности, отмечал, что в результате использования «обязывающей» формулировки и применения положений ст.174 АПК РФ неимущественными становятся большинство решений по искам невладеющего собственника. По (формально) виндикационному иску арбитражный суд: а) возлагает на ответчика обязанность передать имущество истцу и устанавливает срок исполнения, порой предусматривая взыскание судебной неустойки; б) не указывает стоимость имущества; в) взыскивает госпошлину по твёрдой ставке для исков без цены.

В разные периоды до 80% проанализированных решений об удовлетворении исков об истребовании имущества из чужого незаконного владения были вынесены со взысканием «неимущественной» госпошлины, что особенно обращало на себя внимание по делам об истребовании нескольких объектов, в т.ч. недвижимого имущества.

Немало встречалось решений о «виндикации» родового имущества, по формальным признакам (ссылки на нормы АПК РФ, формулировка резолюции, госпошлина, неуказание стоимости) ничем не отличающихся от решений по искам кредитора, обоснованных ссылкой на статьи 12, 308.3 ГК.

За прошедшие три года в этом смысле если что и изменилось, то не в лучшую сторону. Квалификация, как неимущественных, не имеющих цену, исков собственника об истребовании имущества и, соответственно, решений по ним в арбитражной практике является обычным делом.

Вот недавний пример (август 2020 г.): из двадцати отобранных подряд решений об удовлетворении исков, которые суд признал виндикационными, только в трёх была указана стоимость искомого имущества, причём, не в резолютивной, а в мотивировочной части судебного акта при изложении расчёта суммы госпошлины по делу; остальные 17 исков рассмотрены со взысканием госпошлины в твёрдой ставке — 6000 рублей. У судов апелляционной и кассационной инстанций указанные аспекты таких решений замечаний не вызвали.

Встречаются и откровенные эксцессы, когда собственник правомерно рассчитал госпошлину от стоимости истребуемого имущества, но суд с этим не согласился и при вынесении решения возвратил истцу сумму, «излишне уплаченную» сверх ставки простой пошлины. При удовлетворении иска стоимость присуждённого имущества в таких судебных актах, естественно, не указывалась. Подобные решения попадались мне и прежде, но (произвольная) выборка за 2019 год выявила 6 случаев – столько же, сколько за предыдущие четыре года. Налицо положительная динамика отрицательного показателя.

Читайте также:  Что такое виза на заявлении об увольнении

Приведённые примеры — повод вернуться к ранее затронутым мною вопросам, которые по сей день остаются «открытыми». В их числе – вопрос о понятии иска «об истребовании имущества», названного в п.3 ч.1 ст.103 АПК в качестве имеющего цену.

Задача: проанализировать ряд законодательных положений, подлежащих применению арбитражными судами при рассмотрении таких исков, поскольку не могу избавиться от сомнений в возможности их однозначного толкования.

Имущественные / неимущественные иски: НК РФ

Общеизвестное деление исков на «имущественные» и «неимущественные», не соотносимое с соответствующей классификацией гражданских правоотношений, как отмечается в литературе[3], имеет утилитарное значение и связано с определением размера госпошлины при обращении в суд. К тому же, Налоговый кодекс РФ в статьях 333.19 и 333.21 выделяет не две, а три группы исковых заявлений:

1) заявления имущественного характера, подлежащие оценке,

2) заявления имущественного характера, не подлежащие оценке,

3) заявления неимущественного характера.

Основание такого разделения исков, казалось бы, очевидно:

а) «Цена иска может быть определена лишь по имущественным спорам».[4]

б) «Неимущественными спорами являются те, в которых иски и другие заявления подаются в защиту нематериальных благ, перечисленных в ч.1 ст.150 ГК РФ».[5]

Действительно, признаком «имущественности» искового требования в интересующем нас значении является возможность его денежной оценки, которая выражается в «цене иска», а именно: если требование подлежит оценке – значит, оно имущественное, и наоборот.

Но с процитированными выше категорическими утверждениями сложно согласиться, хотя бы потому, что «не все иски имущественного характера подлежат оценке».[6] Получается, что признак имущественности иска и цена иска — не взаимообусловленные категории. И, как будет показано ниже, имущественный характер спорного правоотношения ещё не определяет «имущественность» требования, как её (применительно к арбитражному судопроизводству) понимает налоговый закон.

«… Законо­дательство является не вполне последовательным при определении цены имущественных и неимущественных исков. Некоторые иски имущественного характера не подлежат оценке. С другой стороны, отдельные неимущественные требования имеют цену иска …».[7]

В Налоговом кодексе не указан принцип, критерий разграничения имущественных и неимущественных требований, а также деления имущественных требований на подлежащие и не подлежащие оценке, отсутствует определение цены иска. «Основная проблема видится в отсутствии легальных определений имущественного требования, подлежащего оценке, имущественного требования, не подлежащего оценке, неимущественного требования».[8]

Вместо этого Кодекс перечисляет некоторое количество исковых заявлений, оплачиваемых простой пошлиной, в том числе, заявления о признании права, о присуждении к исполнению обязанности в натуре. А вот список заявлений, для которых установлена пропорциональная пошлина, в налоговом законе отсутствует.

Подобный подход в законодательстве о госпошлине является традиционным.

а) Например, в постановлении СТО РСФСР от 17.01.1923 «О сборах, взимаемых при производстве дел в Высшей и местных арбитражных комиссиях» оговаривались случаи, «когда цена иска по роду дела не может быть определена», но без конкретных примеров.

б) Позднее категория заявлений «неимущественного характера» выделялась для судов в постановлении СНК СССР от 29.04.1942 «О ставках государственной пошлины», а для органов госарбитража – в Инструкции Минфина СССР от 11.07.1960 №236, где в специальной норме параграфа 30 приводились примеры таких исков: «К искам неимущественного характера, оплачиваемым пошлиной в размере 25 руб., относятся также рассматриваемые органами госарбитража заявления хозорганов о предоставлении площади в натуре, об освобождении самовольно занятых помещений, споры, возникающие при передаче баланса, и другие заявления, не подлежащие оценке».

в) Аналогичный перечень заявлений неимущественного характера содержался в Инструкциях о госпошлине 1972, 1976, 1979 годов. Причём, Инструкция Минфина СССР от 28.12.1979 №217 уточняла, что таковыми являются «требования, не подлежащие стоимостной оценке».

г) Про «присуждение к исполнению обязанности в натуре» впервые было записано, если не ошибаюсь, в Законе РФ «О государственной пошлине» от 09.12.1991 № 2005-1. Позднее положение о неимущественном характере заявлений о присуждении к исполнению обязанности в натуре, подаваемых в арбитражный суд, было воспроизведено в Указе Президента РФ «О государственной пошлине» от 17.09.1994 №1930 и Инструкции Госналогслужбы РФ «По применению Закона РФ «О государственной пошлине» от 15.05.1996 №42. С того времени аналогичная редакция нормы сохраняется в многократно менявшемся законодательстве.

Может показаться, что названные категории не нуждаются в каком-либо разъяснении в силу своей очевидности, тем более, что в арбитражном и гражданском процессуальных кодексах присутствуют специальные статьи, посвящённые цене иска. Но практика многие годы убеждает нас в обратном.

Имущественные иски: АПК РФ и ГПК РФ

Кодифицированный процессуальный закон лишь называет некоторые виды имущественных исков, подлежащих оценке. АПК и ГПК одинаково не содержат правил отнесения исковых требований к имеющим цену, не поясняют, что такое цена иска.

Читайте также:  Справка бки где взять

Большинство комментариев к статьям 103 АПК и 91 ГПК, если и не цитируют краткую норму дословно, то просто излагают её своими словами.

а) «Цена иска определяется размером взыскиваемой денежной суммы или стоимостью взыскиваемого имущества».[9]

б) «Понятие «цена иска» относится к требованиям, подлежащим денежной оценке. Как правило, это требования о предоставлении денежной суммы или имущества».[10]

Как видно, эти объяснения цены иска строятся на известных примерах имущественных исков и мало, что прибавляют к сведениям, полученным из налогового и процессуальных кодексов.

Иные определения больше похожи на правило, поскольку их авторы не апеллируют к конкретным частным случаям.

а) «Цена иска представляет собой институт искового производства, характеризующий стоимостное денежное выражение предмета спора между истцом (…) и ответчиком».[11]

б) «Деление требований на имущественные и неимущественные зависит от того, поддаются ли денежной оценке блага, являющиеся объектом нарушенного права, в защиту которого предъявлен иск».[12]

Но можно ли основываться даже на таком понимании категории «цена иска», если в арбитражном и гражданском процессе по-разному определяется «имущественность» одних и тех же заявлений?

Так как в арбитражном и гражданском процессуальных кодексах перечни имущественных требований заметно различаются по количеству и совпадают лишь частично, то в качестве предмета дальнейших рассуждений выделю две группы исков, которые в числе имеющих цену называют оба процессуальных кодекса, а именно, «о взыскании денежных средств» (п.1 ч.1 ст.103 АПК, п.1.ч.1 ст.91 ГПК) и «об истребовании имущества» (п.3 ч.1 ст.103 АПК, п.2 ч.1 ст.91 ГПК).

Учитывая тематику обсуждения, начать удобнее с последнего иска. Но и «денежные» иски представляют интерес для нашего исследования и, вот, почему.

Закон называет имущественными иски о взыскании денежных средств и об истребовании имущества, а неимущественными – иски о присуждении к исполнению обязанности в натуре.

Ранее[13] излагал субъективное видение логики законодателя, закрепившего правила о содержании судебного решения только двумя статьями: «о взыскании денежных средств и присуждении имущества» и «об обязании должника совершить определённые действия, не связанные со взысканием денежных средств и с передачей имущества». В частности, высказал предположение, что в статье 171 АПК не случайно выделены две части: эта статья Кодекса регулирует содержание всех решений о передаче любого имущества, в т.ч. денежных средств.

Словосочетание «исполнение обязанности», вроде бы, указывает на обязательственно-правовой характер исков о присуждении к исполнению обязательства в натуре. Но в том-то и дело, что, как свидетельствует изучение практики, основная масса рассматриваемых арбитражным судом исков о денежных взысканиях и передаче имущества возникли из нарушения обязательств. Поэтому необходимо понять соотношение названных групп исков.

На первый взгляд, содержащееся в статьях 103 АПК, 91 ГПК указание на имущественный характер исков об истребовании имущества в силу его конкретности трудно не то, чтобы истолковать, — прочитать двояко. Но это, пока не задумаешься о значении слова «истребовать»[14]. Впрочем, текстуальное совпадение с нормой статьи 301 ГК не оставляет сомнений: названные положения обоих кодексов, безусловно, относятся к иску, который принято называть виндикационным. Но только ли к нему одному?

Если предположить, что виндикационный иск – не исключение, то наряду с ним имущественными должны быть обязательственные иски, но осведомлённость о судебной практике не позволяет уверенно сказать, какие именно. Попробуем проверить предположение о принадлежности виндикационного требования, (будем считать) достоверно известного своей «материальностью»[15], к некой группе исков, ориентируясь на созвучие их обозначения в законе, а полученный результат — оценить, исходя из возможности стоимостного выражения того или иного требования.

Формулировка статей 103 АПК и 91 ГПК воспроизводит текст статьи 301 ГК не полностью: в них не сказано про «чужое незаконное владение». Если это не случайность, то ответ на вопрос об исключительности виндикационного иска напрашивается отрицательный. В то же время, не ясно, что из себя представляет иск «просто» об истребовании имущества.

См. далее – Фрагмент 2:

— Иски об истребовании имущества в ГК РФ.

— ВАС РФ: классификация обязательственных исков о передаче вещи.

— Присуждение к исполнению обязанности в натуре.

— Исполнение в натуре / Реальное исполнение.

[3] См., например, Осокина Г.Л. Иск (теория и практика). М. 2000.

[4] Комментарий к Арбитражному процессуальному кодексу Российской Федерации / под ред. В.В.Яркова. 2011.

[5] Арбитражный процесс: учебник/ под ред. С.В. Никитина. М., 2017.

[6] Комментарий к Гражданскому процессуальному кодексу Российской Федерации / под ред. В.М. Жуйкова, М.К.Треушникова. 2007.

[7] Вершинин А.П. Выбор способа защиты гражданских прав. М. 1997. С.153.

[8] Орлова И.В. К вопросу о взаимосвязи иска и характера искового требования // Вестник Хабаровской государственной академии экономики и права. 2016. №3.

[9] Постатейный комментарий к Гражданскому процессуальному кодексу Российской Федерации / под ред. П.В.Крашенинникова. 2006.

[10] Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации с постатейными материалами судебной практики и комментариями / под ред. Т.К. Андреевой. 2013.

[11] Комментарий к Гражданскому процессуальному кодексу Российской Федерации / под ред. М.А. Викут. 2014.

[12] Осокина Г.Л. Иск Теория и практика. 2000.

Источник

Поделиться с друзьями
МальтаВиста