Марафон по-мальтийски | Библиотека | Мальта для всех!

Марафон по-мальтийски | Библиотека | Мальта для всех!

26
0

Марина Прохорова

Я улетела на Мальту, хотя по-хорошему мне еще дня три следовало бы полежать с бронхитом. Врач сказал: «В Москве я бы вас на улицу не выпустил. Но Средиземноморье, остров, ветер с йодистыми испарениями – это ваш шанс обойтись без осложнений». Те из моих друзей, кто уже побывал на Мальте, в один голос твердили: «Это именно то, что нужно. Ты вымотана, а на этих островах буквально ничего не происходит. Тишина и благолепие, лень и красоты природы. Надо же хоть неделю в году пожить как бездумное растение».

Я еще было поколебалась, потому что уж очень плохо себя чувствовала. А потом начала читать, какие события смогу застать на Мальте, и поняла: еду. Дело в том, что спорта и спортивных мероприятий я не выношу. В жизни и так слишком много поводов для того, чтобы устать, и добивающихся этого состояния искусственно я подозреваю в том, что они зажрались. А мне предстояло застать ежегодный мальтийский марафон. И вот когда я поняла, что в этой дивной стране 42 километра 195 метров классического марафона бегут три дня подряд, для удобства разбив дистанцию на короткие этапы…

Итак.

КЛУБЫ ПО-МАЛЬТИЙСКИ

Но как тихое растение, пожить на Мальте не получилось. Мы поселились в самом светском и шумном городе – Сен-Джулиансе, где дискотеки и клубы расположены стройными рядами. А была, между прочим, суббота, и нам показалось, что все подростки Мальты рванули именно на ту улицу, где стоял наш отель Вивальди. Самый модный в среде местных тинов танцпол Bamboo был ровно напротив нашего приюта. Что делать, когда вечеринка у соседей мешает спать, знает каждый. Вот и нам пришлось гулять до полуночи, перетекая из одного клуба в другой. Это было забавно, но вызывало недоумение. Дома-то по местам отрыва тинейджеров взрослому человеку шляться в голову не придет, мы знаем места поинтереснее. А тут – ни одного человека старше восемнадцати в поле зрения. Ощущение, будто мы забрели на прощальный костер в пионерлагере, нас не покидало. От расстройства выпить пришлось, конечно. Отель нашли по шуму дискотеки напротив, бутылку вискаря допили в номере.

Только потом мы узнали, что из—за того, что Мальта очень маленькая и консервативная, взрослые люди садятся на паром и едут отрываться на остров Гозо – вроде бы от знакомых подальше, а если кого и встретишь, то повязанный с тобой одним секретом сосед не будет тебя позорить. Именно на тихом Гозо, где люди нашли самый верный способ никогда не терять ключи – оставляя их торчать из замочных скважин, – работают в выходные самые горячие дискотеки, на которых процветает свободная любовь. Остальную неделю, как мы с облегчением поняли тихим вечером в понедельник, люди ходят на работу, и шумное веселье отменяется.

Джаз-клуб нашла я. Случайно. И только на третий день, и в том же Сен-Джулиансе, в ближайшем к отелю переулке. Оставшиеся вечера мы там и просидели. Клуб открывался после девяти вечера, и до восемнадцати лет туда не пускали. В полумраке пили жесткого действия напитки люди со следами интеллекта на лицах и обеспеченности – во всем внешнем виде. Манера игры была похожа на итальянскую, джаз звучал чуть провинциально, но он был настоящим. В стране, где все любители подобной музыки умещаются в один невеликих размеров подвал, играть ее без души нельзя. Владелец джаз-клуба рассказывал о мальтийском ордене и своем участии в его возрождении. Нам же на самом деле хотелось, чтобы он был запрещенным масоном. Изумительной красоты девушка разливала напитки, печально улыбалась и выглядела так, что невозможно было разобрать – то ли жизнь удалась, то ли не удалась вовсе. И очень было обидно, что масонство на Мальте запрещено. Нет, все знают, что одна ложа – в Вилле блау, а вторая в доме с зеленой дверью на улице Османской осады в Валетте. Но они очень при этом тщательно законспирированы, и это знание не поможет нам ничем.

Когда на душе становилось совсем пронзительно, мы уходили в отель, где положенную бутылку вискаря и допивали.

ЗДОРОВЫЙ ОБРАЗ ЖИЗНИ ПО-МАЛЬТИЙСКИ

Поскольку ветер был откровенно йодистым, а погода теплой не по сезону, я вспомнила, что все детство родители меня протаскали по Заполярью. Зимнее Средиземное море все равно теплей, чем июльское Белое, и плаванье удивительно освежало. Пляж был очень каменистым, как и большинство мальтийских, но если кто думает, что на Белом море были золотые пески, тот сильно ошибается. Да и Симеиз ничем не удобней.

Вышедшие на утренний променад пожилые немцы и какие-то мамаши с мелкими детьми каждый раз выстраивались античным амфитеатром. Не хотели упустить момент, когда меня сведет судорога и я, наконец, потону. Не знали, видно, что тонут не от спазмов, а от неумения держаться на воде. Я злобно бурчала под нос что—то про причитающиеся мне за зрелище гонорары. Но однажды среди толпы наблюдателей, закутавшихся в куртки и свитера, появился юноша в плавках и вежливо так промурлыкал:

Здравствуйте, я как вас в воде увидел, так сразу понял, что мы земляки. Я тоже последние два месяца живу в «Вивальди», потому что здешний утренний шведский стол очень хорош. В Хилтоне, правда, свой корт, но я не уверен, что там мне селиться выгодней. А вы здесь что делаете?

– Милый мальчик, – ответила я, – я скромный журналист из газеты «iностранец», изучаю местные памятники культуры и особенности дна в местах массового купания. А вот вы только притворились, что рассказали о себе.

– Мадам, – пустился в объяснения европеизировавшийся юноша, – я простой аспирант и пишу диссертацию здесь, потому что местный климат мне как—то приятней, чем московский. А для полноценного научного процесса существует интернет, о чем вы, наверно, наслышаны. Небось, сами статьи посылаете по e-mail-у.

– Меня даже мысль об этом ужасает, добрый юноша, при таком жестком графике погружения в местную жизнь. Объясните лучше, зачем вы оказались здесь не в сезон.

– Много людей, жара, и вообще, летом можно куда-нибудь в Ирландию съездить. А с осени по весну тут хорошо. Народу не очень много, и не скучно при этом. Английский все вокруг знают, к тому же у девушек темперамент очень южный.

Юноша уплыл, а я пошла завтракать – вся в мечтах о научной карьере. Настроение совершенно не испортилось, потому что в плохом настроении не было смысла. С утра я, видите ли, не пью. Привычка, что ли?

ЕДА ПО-МАЛЬТИЙСКИ

А вот про еду я могу писать только серьезно. Потому что я ее люблю. Так вот, с питанием на Мальте все в полном порядке. В хорошем ресторане можно объесться на $10, а в самом фешенебельном – на $20. Как—то нас занесло на рыбную ферму, где в бассейнах выращивали полутораметровых карпов. Они были такие красивые – золотые, черно-белые, как коровы на лугу, и фосфорицирующе красные – что нам сразу стало жалко их есть. Но когда мы узнали, что цена одной рыбки доходит до $30.000, нас осенило – их вообще не едят. Это такие декоративные полутораметровые рыбки, осознали мы, потому что мы вообще подобрались очень понятливые. А еще до нас дошло, что если у мальтийцев пользуются спросом такие недешевые золотые рыбки, сходить в ресторан большинство из них в состоянии.

Вам там тоже многое понравится. Например, мягкие овечьи сыры. Я теперь дома варю мальтийский «вдовий суп» из овощей с таким сыром. И еще очень хороша крольчатина, особенно маринованная в вине. И баранина тоже вкусна. Вообще главное – заказывать традиционную еду из традиционных продуктов. Только учтите, что на Мальте пасту переваривают. Так что если вы не любите разваренные по-русски макароны, а предпочитаете итальянский вариант – предупреждайте об этом официанта при заказе.

В яхтклубе десятидолларовый шведский стол включал в себя не только артишоки – что нам артишоки – но и правильно приготовленных перепелов. Я съела трех, потому что они были выдержанные, как и положено дичи. А ведь шведский стол, как штука, рассчитанная на массового едока, далеко не всегда учитывает такие тонкости.

Что касается рыбы, тут я очень привередлива. Рыбу испортить, на мой взгляд, легче всего. Поэтому я и советую всем зайти в морской ресторан Lo Squero в Флориане и съесть там все, что предложат. Это не ресторан, а музей гастрономии. Я даже испугалась, что больше не смогу есть полезную для моего ума рыбу, потому что узнала ее истинный вкус, и теперь мне ничего не понравится.

Мальтийские вина к обеду и ужину тоже очень душевны. К кофе хорошо идет местный ликер из кактусов. А вот к виски лично я приступала только вечером, потому что вообще очень мало пью. Это точно привычка.

ИСТОРИЯ ПО-МАЛЬТИЙСКИ

А причина для ежедневной порции виски была очень уважительной. Днем мы погружались в историю Мальты, и к вечеру совершенно мистические древности так давили на наш разум, что их воздействие надо было как—то нейтрализовать. Самое странное, что мегалитические храмы в сознании сливались с доисторическими пейзажами. Земля Мальты, видите ли, в основном состоит из известняка, и вода так затейливо выточила его, что гроты, скалы и природные ворота тоже кажутся развалинами древних храмов. К тому же то ли вкрапления железа в камень так намагничены, то ли неизвестная древняя цивилизация знала толк не только в астрономии, но сила полуразрушенных языческих храмов ощущается до сих пор. Доходило до смешного. В какой-то момент, пригибаясь под сильным ветром, мы тащились к очередной обсерватории времен Атлантиды, то есть возрастом старше египетских пирамид – и похолодели, увидев вдалеке у стен храма около двадцати фигур в одинаковых белых хламидах. Белые призраки двинулись навстречу и оказались любознательными монахинями-бенедиктинками.

И чего я так напрягалась? Нас же уверяли, что в жертву в храмах приносились только животные. Как будто, не зная о древней цивилизации абсолютно ничего, именно это можно знать достоверно. Правда, в Гипогее – подземном храме плодородия – сохранились кладбища и каменные мешки, в которых когда-то держали змей. Но вообще-то там, похоже, рожали. Во всяком случае, найденные там фигурки изображают беременных женщин. В основном эти женщины, как и положено во время вынашивания младенца, спят и никаких змей не боятся.

А что касается времен исторических, эпохи римских дач и христианских бастионов кажутся более познаваемыми и оттого нестрашными, хотя крови и войн здесь было очень много. В экскурсию, посвященную битвам с сарацинами, что в Каза Магадзини, хорошо для развлечения ходить детям и упомянутым выше беременным женщинам. Проходя мимо манекенов из зала в зал с СД-плеером в ушах, слушаешь рассказ о крестовых походах (что удивительно приятно, есть русский вариант), и радостно визжишь, когда раненый рыцарь неожиданно начинает метаться и махать тебе рукой.

И совсем умилительно выглядит экскурсия в барочный дворец Каза Рокка Пиккола, которую на прекрасном английском проводит ее хозяин барон Депиро. Демонстрируя чудные интерьеры, он, не переставая, сыплет байками про то, как его прапрабабушке, особе романтичной и слезливой, на свадьбу подарили картину с утопленницей, и какой чудный любовник-итальянец завелся у бабушки, когда той стукнуло 90. Хотя на самом деле ей было всего 73.

Вечером, допивая необходимую для самочувствия бутылку виски, мы с удовольствием помянули почтенную даму. Счастья ей.

ПОЛЕТ ПО-МАЛЬТИЙСКИ

Самолет мальтийских авиалиний улетал ни свет, ни заря, поэтому мы решили не ложиться спать – вставать в три ночи слишком тяжело, да и времени жалко. А еще мы решили больше не пить – потому что мы все как один подобрались люди солидные и очень мало пьющие. И, наконец, мы решили не есть. Потому что больше не могли. А чтобы не поддаваться соблазнам, последние лиры спустили на сувениры. Я очень кстати набрела на распродажу наволочек из связанного крючком кружева – всего по $2 штука.

Но в зале ожидания нервы сдали, и под мои жалобные стоны, что ирландский виски мягче вкусом, а потому на голодный желудок ляжет удачнее, запой был ударно завершен. Смутно припоминаю, как в самолет мы ввалились с такими искрометными шутками, что удивились даже видавшие виды мои соотечественники, заполнившие салон. Где—то через час мы отрубились, а, проснувшись для утреннего кофе, я обнаружила, что вся обклеена надписями, содранными в разных местах салона. В основном, к счастью, что—то про кресла и ремни.

К чему я весь этот ужас рассказываю. Стюарды оказались чистыми ангелами. Вежливо помогли мне освободиться от наклеек, быстро разместили их по местам. А уже в Шереметево я брела к выходу из самолета по узкому проходу между кресел с багажной сумкой на плече и с пальто подмышкой. Так старший стюард остановил всех. И под недовольные вопли торопящихся наружу пассажиров заботливо надел на меня пальто и закутал шарфиком. При этом он объяснял негодующей очереди, что в Москве мороз, и мадам может простудиться. А лично ему очень хотелось бы, чтобы мадам вернулась на Мальту. Поразительное гостеприимство, если учесть обстоятельства. Доехав по лютой метели до дома, я прослезилась.

газета «Иностранец» (номер 11, 03/04/2001)

ссылка на оригинальный текст

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ