Смущение Мальты | Библиотека | Мальта для всех!

Смущение Мальты | Библиотека | Мальта для всех!

30
0

Сергей Дундин

Мне страшно повезло: я увидел Мальту под дождем. Почти всю неделю (за исключением двух последних дней), пока я там был, с низких мрачных небес на нее выливались тонны воды, потоки которой стремительные порывы ветра разбивали на тонкие косые струи. Небо словно чувствовало мое настроение и, желая произвести совсем уж неизгладимое впечатление, поддавало еще и еще.

Удивительная получалась картина: остров, созданный для того, чтобы купаться в лучах палящего солнца, купается в лавинах дождя. Странно было видеть, как растрепанные ветром пальмы отмахиваются своими ветвями от ненужной им благодати. И ни всем этим скалам, ни бесконечным оградам из камня она не нужна – вода бесполезными потоками стекает с них неведомо куда. Да и море туда же: раздраженно перебирая складками своих пенистых соленых волн, оно с отвращением принимает в себя пресные потоки, льющиеся с неба.

А ведь все начиналось, как обычно. Стылая Москва в снегу. Гул самолета, набирающего обороты на взлетной полосе, – все дрожит, трясется, словно сидишь внутри звучащего барабана. Взлет – и оказываешься в глухой коробке, набитой ватой. Через четыре часа внизу Мальта, залитая пронзительным мартовским солнцем, – похожая на архитектурный макет города-острова с белыми бумажными кубиками, на которых тушью залиты прямоугольники окон. Дома в тени скал покрыты нежнейшей светло-кремовой отмывкой. Словом, не остров, а какой-то сплошной дивный замысел.

Через час этот замысел материализовался в скалистую местность почти сплошь покрытую целыми выводками двух- и трехэтажных домов и вилл с балкончиками, террасками, балясинками, арочками, опрятными крылечками, роскошными дверьми со сверкающими ручками, с цветочными горшками и неизменными гипсовыми статуэтками у входа. Последние, чуть больше метра, изображали собой исключительно длинноволосую нимфу с томным поворотом головы или милующуюся пару пейзан мужского и женского полу. Без вариантов, но мило и трогательно.

На редких незастроенных склонах – пустые красноватые поля размером с волейбольную площадку; все остальное пространство сплошь покрыто пронзительно зеленой травой с желто-лимонной дымкой над ней. Эти желтые облака образуют цветы окзалики (по-мальтийски – арсу), завезенные еще в давние времена английскими солдатами из Южной Африки. Мальтийская пацанва до сих им благодарна, поскольку обожает сосать чашечки этих цветов, отдающих вкусом лимона (правда, рот после этого начинает распирать невыносимая горечь).
Неповторимость облика Мальты все же по-настоящему создают бесконечные каменные заборы (хитан кассеих) – их сети, покрывшие всю страну, причудливы и странны.

Что они, убегающие куда-то за вершину покатой горы, отгораживают и от кого в этом безмятежном краю защищают пустыри, поросшие все тем же арсу, – никому не ведомо. Сами мальтийцы как—то не очень убедительно говорят, что эти каменные изгороди удерживают плодородную почву во время сильных дождей. Но я думаю, скромничают: невысокие, чуть больше метра, выложенные из грубого желтоватого песчаника, где—то развалившиеся и превратившиеся в груду камней, местами поросшие могучими зарослями непреступных кактусов, заборы эти, которым нет числа, – главное очарование незастроенной Мальты.

Но пустых мест на этом крошечном острове, длиной в 27 километров и шириной в 14 с половиной, – раз—два и обчелся. Вся Мальта, на наш российский расшабашный вкус, – это сплошной двухэтажный город. Ан, нет. Здесь, на этом пятачке разместилось аж 22 города, порой отделенных друг от друга одной улицей, одним шоссе, идущим по дну глубокой каменной траншеи, одной расщелиной в скале, а то и просто одним духом соперничества между поклонниками святого Себастьяна и святого Иосифа.

Езда по этой прелестной лилипутской стране оставляет странное ощущение, словно ты путешествуешь по какому-то гигантскому острову: дороги облизывают все бесчисленные бухты и заливчики, полуострова и мысы, и чувствуешь, что, к примеру, Мдина, которая у тебя перед глазами, где—то далеко-далеко – за сотню километров.

К тому же мальтийские дороги часто убегают под землю, и выныривая из тоннеля, пробитого в древней скале, ты оказываешься в совершенно другом городе, что, конечно же, чисто психологически, расширяет пространство. Глядя в окно автобуса, получаешь какой-то сплошной праздник глаз: все вокруг складно и визуально уравновешено. Дома (повторяю, в 2-3 этажа) совершенно лишены архитектурной гордости и не хотят выглядеть строением с большой буквы – напротив, плотно усыпая собою склон невысокой горы, они стараются повторить естественный ритм ее складок.

И все в солнце – по-весеннему пронзительном, прохладном, набирающем свою летнюю силу и мощь.

А назавтра, ближе к вечеру, пошел дождь. Реки воды по улицам и дорогам, и английские оранжевые тупорылые автобусы, бегущие по ним, похожи на морские катера – веера брызг выше крыши, от смешных красных козырьков над ветровым стеклом в обе стороны разбегаются усы дождевых потоков. Остров пришиблен дождем: магазины и лавки закрыты, и лишь редкие прохожие, неловко прикрывшись каким-то кособоким зонтом (предмет явно в здешних краях неактаульный и доставшийся местным жителям от их бабушек) или попросту натянув куртки на голову, перебегают от дома к дому.

Очередная – какая, уже не помню – мальтийская ночь. Ветер в обнимку с дождем ломятся в окно, волны высотой с дом бьются об освещенные камни на берегу. Перед сном на кровать в номере отеля кладут шоколадную конфету с пожеланием сладкой ночи. И цветную открытку «Завтрашняя погода» – ее квадратики, где должны быть означены температура воздуха и воды, солнце или дождь, – пусты. Мальте неловко за свою погоду.

Иностранец 08.04.2003

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ